Александрийский (Фаросский) маяк

Чудеса света впервые, ограничив их семью, классифицировал и описал Филон Византийский. О нем самом, к сожалению, исторических сведений сохранилось очень мало. Когда он родился, как выглядел, чем добывал хлеб насущный, когда умер – всего этого мы не знаем. Но одно известно достоверно: Филон написал тоненькое, всего 12 страниц сочинение «О семи чудесах света», хотя сам ни одного из них собственными глазами не видел. Из этой небольшой книжицы мир узнал о Египетских пирамидах, о Родосском колоссе, о храме Артемиды и о других знаменитых и поражающих воображение памятниках архитектуры. Однако Александрийский маяк в эту семерку Филон не включил, описав вместо него Вавилонские стены. Каким образом произошло замещение, и кто это сделал, историки так и не смогли выяснить, но уже в III веке до нашей эры список семи чудес света выглядел в его современном варианте: Египетские пирамиды, сады Семирамиды, храм Артемиды Эфесской, колосс Родосский, мавзолей в Геликарнасе, Александрийский маяк и статуя Зевса Олимпийского.

Шестое из этих величественных памятников архитектуры – Александрийский маяк, был добавлен в канонический список, скорее всего, благодаря своим поистине грандиозным размерам. В эпоху его существования это было второе по высоте сооружение мира после знаменитых Египетских пирамид. Но прежде чем начать рассказ о судьбе этого чуда, было бы справедливым ознакомить читателя с самим городом, в котором он находился – Александрией. 

Александр Македонский, завоевывая мир, заложил немало городов, причем, не отличаясь чрезмерной скромностью, названия давал всем одни и те же – в честь самого себя. Так и возникли на Земном шаре более полудюжины Александрий. Великий полководец основал Александрию при Иссе, Александрию на Тигре, Александрию Кавказскую, Александрию Крайнюю (современный Ленинабад), Александрию Ариану (нынешний Герат) и многие другие. А в 332 году до нашей эры на месте бывшего египетского городка Ракотиса возникла и Александрия Египетская. Этот величественный город эпохи эллинизма раскинулся в дельте Нила и был так велик, что протягивался более, чем на 25 километров. Изначально он был построен по единому плану и уже сам по себе мог бы считаться чудом света.

В Александрии стоял саркофаг Александра Великого, здесь же находился мусейон – обиталище муз – всемирный центр искусств (именно от этого слова и произошло современное «музей»). Неподалеку от мусейона располагались: академия наук и самая знаменитая за всю историю человеческой цивилизации библиотека, в которой насчитывалось до полумиллиона свитков.

Казалось бы, всем хорош был этот город – мягкий климат, плодородная земля, пересечение торговых путей… Да вот только гавань ему досталась неудобная. Могучий Нил, неся своим течением массы ила, постоянно изменял рельеф дна и от мореходов требовалось немалое умение, чтобы минуя внезапно возникающие мели, достичь берега. Поначалу роль маяков исполняли расположенные на возвышенных участках берега костры, но они не были видны издалека, да и в плохую погоду поддерживать огонь было тяжелым занятием. И лишь во времена Птолемея Сотера, чтобы навсегда обезопасить мореплавание, было принято решение о постройке маяка функционировавшего постоянно.

На северо-западе Александрии располагались две пристани – Большая пристань и Пристань Счастливого возвращения. Со стороны моря их прикрывал скалистый остров Фарос, служивший естественным молом. Именно он, расположенный у самого входа в гавань, как нельзя лучшее подходил для места расположения маяка. В 285 году до нашей эры остров соединили с материком дамбой и приступили к грандиозному строительству. Проект этого необычного сооружения разработал Сострат Книдский, известный в античные времена архитектор. В памяти потомков он остался не только, как зодчий Александрийского маяка, но и как талантливый инженер, отведший воды Нила во время боёв за Мемфис, что позволило захватить город.

Согласно дошедшим до наших дней документальным свидетельствам, возведение маяка заняло всего пять лет. На расходы Птолемей не скупился, Александрия была на то время одним из богатейших городов мира. К услугам строителей был громадный флот, каменоломни и технические достижения ученых. Основными строительными материалами маяка стали известняк, гранит и мрамор. Само здание получилось в виде трехэтажной башни высотой до 120 метров. Оно лишь немного уступало Египетским пирамидам, самая высокая из которых достигала 147 метров. По другим описаниям маяк поднимался вверх на 130-140 метров, а некоторые летописцы утверждают, что и на все 180. С точки зрения современной архитектуры, такая высота была излишней. Даже если учесть, что древние маяки должны быть выше, ввиду слабости их огня, для выполнения своих функций им вполне достаточно возвышаться над морем на 50 метров. Высоты Александрийского не достигает ни один из современных маяков. Так что в немалой степени из-за своих размеров он и причислен к чудесам света.

Птолемеи построили этот фантастический небоскреб на скале не только для практических целей. Помимо своего прямого предназначения, маяк олицетворял ещё могущество, богатство и величие их империи, а попутно выполнял роль крепости, форпоста Александрии и наблюдательного пункта – его свет видели за много десятков миль, а с самой вершины можно было разглядеть вражеский флот задолго до того, как тот приближался к городу.

Как же выглядело это чудо света. В основании Александрийского или, как его еще называют, Фаросского маяка (от его названия, кстати, произошло слово «фара») располагался огромный дворец квадратной формы со сторонами 180 х 180 метров. Стены его были украшены скульптурными изображениями богов, а по углам возвышались четыре невысокие башни. К сожалению, о внутреннем убранстве помещений первого этажа никаких свидетельств не осталось. На плоской крыше этого огромнейшего сооружения была установлена грандиозная квадратная башня с шириной сторон до 30 метров, сложенная из каменных плит и украшенная по верху богатым фризом. Вытянувшись на шестьдесят метров в высоту, она поддерживала сорокаметровую восьмигранную башню, облицованную белым мрамором на самой вершине которой в круглой, обнесенной колоннами комнате, в объемистой бронзовой чаше вечно горел громадный костер, отражавшийся сложной системой зеркал. Дрова для костра доставляли наверх по спиральной лестнице, такой пологой и широкой, что по ней на стометровую высоту въезжали повозки, запряженные ослами. На этой же башне находилось множество технических приспособлений: флюгера, астрономические приборы, часы. Помимо службы поддерживания огня на вершине маяка работали ученые-астрономы, так что он одновременно являлся и небольшой обсерваторией. Венчала сооружение конусообразная крыша на верхней площадке которой стояла восьмиметровая статуя покровителя морей Посейдона.

Известно несколько реконструкций Фаросского маяка. Неоднократно приходилось слышать, что он по своей архитектуре чем-то похож на нью-йоркский небоскреб Эмпайр-Стейт-Билдинг. Впрочем, вы сами можете судить об этом. На приведённой иллюстрации показано, как выглядел Фаросский маяк в эпоху расцвета и величия Александрии. Так представлял его Сальвадор Дали. Несмотря на оригинальность творчества этого художника, по мнению историков, археологов и архитекторов это одна из лучших реконструкций.

Как уже не раз случалось в истории до того, и как не раз случится после, Птолемей поставил создание этого чуда света в заслугу самому себе. Однако Сострат Книдский, дабы донести до потомков своё авторство, прибёг к хитрости. Удалив строителей и помощников, глубокой ночью он лично высек на каменной плите в основании здания: “Сострат сын Декстифона из Книда посвятил богам–спасителям ради мореплавателей”, после чего замазал надпись слоем штукатурки, на которой вытеснил имя Птолемея Сотера.

Через несколько десятков лет ветра и дожди затёрли имя Птолемея. Ещё через непродолжительное время оно и вовсе исчезло. Кусок за куском осыпалась штукатурка и надпись гениального архитектора мог теперь увидеть каждый.

Александрийский маяк в полной мере оправдал свое предназначение, помогая ориентироваться мореплавателям и вести ученым наблюдения за небесной сферой. Весть о небывалом сооружении распространилась по всему античному миру. Путешественники специально приезжали в Египет, чтобы посмотреть на него. И хотя гордость и визитная карточка Александрии, не раз страдала от стихийных бедствий, всякий раз каменную громаду восстанавливали. Особенно масштабные реставрационные работы были проведены во времена императоров Клавдия и Нерона.

Маяк на острове Фарос простоял 1500 лет. Как и многим другим чудесам света начало его разрушению положило землетрясение. Когда Александрию в самом начале нашей эры посетил знаменитый греческий географ и путешественник Страбон, верхняя башня маяка, обветшавшая за столетия, уже обвалилась и лежала рядом с массивным первым этажом. Но в разрушающемся здании ещё жило несколько сторожей, исполнявших временами свою службу. В редкие моменты крайней необходимости на вершине развалин они разжигали костер и приближающиеся к гавани корабли, как в былые времена, держали курс на его свет.

Стены нижнего этажа стояли еще долго. Сохранились свидетельства, что во времена арабского господства в середине VII века маяк временами продолжал служить, хотя большей частью уже как дневной – роль ориентира исполнял рушащийся, но всё ещё огромный каменный куб. Во времена первых султанов-мамелюков (середина XIII века) море значительно обмелело, пристани занесло песком, и надобность в маяке отпала. А в XIV веке массивные стены нижних этажей рухнули, не выдержав очередного землетрясения. Руины здания, бывшего некогда одним из чудес света, разобрали на камни и использовали в строительстве находящейся поблизости турецкой крепости.

По материалам Игоря Можейко



Оставить отзыв

Всего отзывов: 2 | Смотреть все отзывыСмотреть все отзывы
Имя
Сообщение
 



Код потверждения
Введите код потверждения:

Если Вы не видите картинку с кодом, проверьте, включен ли в Вашем браузере показ картинок. Если Вы сомневаетесь в том, что за символы изображены на картинке, обновите страницу и попробуйте еще раз.
 

Наши блоги

Гелена Пшеничная

Мало кто догадывается, что наше имя может помочь не только разобраться в особенностях характера, совместимости,...

Родные Пенаты

"Там для меня горит очаг, как вечный знак забытых истин..."...

Аист

Аиста гнездо на ветру. А под ним — за пределами бури — Вишен спокойный цвет....